Адыгейский межрайонный отдел ветеринарного и фитосанитарного надзора – так называется новая служба в республике, которая, в свою очередь, входит в Управление федеральной службы ветеринарного и фитосанитарного надзора по Краснодарскому краю и Республике Адыгея. Это одна из тех служб, которая упоминается защитниками статуса Адыгеи, когда они говорят об ином подходе в политике поглощения республики Краснодарским краем.
О том, как и для чего создана эта организация, Натпресс беседует с заместителем ее начальника Максимом Баландиным.
– Россельхознадзор представлен 4 основными направлениями: ветеринарный, охотничий, рыбный и фитосанитарный надзор. И в Адыгейском межрайонном отделе все перечисленные службы есть, специалисты, осуществляющие контрольно-надзорные, обеспечивающие, иные функции, на сегодняшний день набраны.
– Но вы существовали до этого как другая организация?
– Каждая из 4 служб в той или иной форме существовала и до этого. Но около двух лет назад было подписано постановление Правительства РФ о необходимости создания объединенного ведомства.
– За счет чего существует Россельхознадзор? Есть ли какая-либо прибыль от организации?
– За счет федеральных средств. Что касается «прибыли», то основной «заработок», если это можно так назвать – штрафы, иски – которые взыскиваются в результате выявления нарушений. Отчисления от этих сумм поступают в бюджеты всех уровней.
– А почему ведомство названо не республиканским, а межрайонным?
– Пока это так. Но мы надеемся, что со временем название может быть несколько изменено. А пока именно так было утверждено штатное расписание. В Краснодарском крае созданы межрайонные отделы, и у нас отдел создавался по той же схеме.
– Когда были самостоятельные службы, например, «Охотнадзор», кому они подчинялись?
– Москве. Там при Минсельхозе существовал департамент по рациональному использованию природных ресурсов. Теперь он ликвидирован, и создано управление, но при Россельхознадзоре.
– Стало ли проще от того, что созданное ведомство теперь подчинено Краснодарскому краю, а не Москве?
– Проще, не проще, а работать надо. К примеру, показатель эффективности работы улучшен значительно. Во-первых, набранные специалисты – люди не сторонние, а имеющие опыт или специальное образование. Во-вторых, несмотря на то, что отдел получился достаточно крупным – функций и полномочий больше, чем, скажем, у прежних ведомств – взаимодействие между службами, их работа по направлениям отлажена четче.
– Отдел уже определился окончательно с количеством сотрудников, или он еще будет расширяться?
– Этого штата, думаю, все-таки недостаточно. Для заданного объема работы людей не хватает. Особенно это касается большой нормативной базы, где нужны юристы. Сейчас у нас числится 41 человек.
Натпресс
