Эксперт из Карачаево-Черкесии: Ай да Боря, ай да сукин сын!

Мы не зря вынесли в заголовок этой заметки перефраз ставшего крылатым выражения великого русского поэта А.С.Пушкина. Спешим, однако, разочаровать читателя – классикой здесь и не пахнет. Вся история представляет собой сплошную, круто замешанную на грязной политике бытовуху, настолько все привычно, и удобно вписываются в устоявшуюся схему отношений в республике. Остается только сожалеть, что главным героем этой трагикомедии вновь выступил не кто иной, как президент и одновременно личный поверенный Ратмира Айбазова в делах КЧР Борис Эбзеев. Но, обо всем по порядку.

Началом истории послужило очередное внешне вполне актуальное, на первый взгляд, заявление Б. Эбзеева о том, что террористическая деятельность подпитывается финансами, добытыми преступным путем в России. «Президент республики убежден в том, что коррупция, мздоимство, незаконные и безосновательные возвраты налога на добавленную стоимость и многие другие коррупционные преступления формируют финансовую базу терроризма», — отметил в своем сообщении Интерфакс со ссылкой на пресс-службу главы республики.

Удивляют амбиции и размах президента – в республике дел невпроворот, а его больше беспокоят вопросы, которые далеко вне его компетенции. Вопросы борьбы с терроризмом – это прерогатива спецслужб, и громкое заявление Бориса Эбзеева представляется как очередная попытка отвлечь общественное мнение от накопившихся в республике проблем общественно-политического, экономического и социального характера. Потому он и кричит громче всех: «Держите вора!». Надо ведь чем-то прикрыть свое неумение управлять, неумение подобрать за два года серьезной команды, потерю здравого смысла и оголтелый неприкрытый национализм, которые породили в республике вседозволенность этнократии, спровоцировали обострение межнациональных отношений, развалили экономику и поставили республику на грань коллапса.

Неискушенному в политике рядовому гражданину республики трудно проследить, что автором этой идеи является даже не сам президент, а сенатор Ратмир Айбазов, более известный в широких кругах под кличкой «Циклоп». Сегодня это многочисленные проверки, жалобы в высшие инстанции

Но если г-ну Эбзееву, пусть даже с подачи Р. Айбазова, так не терпится проявить себя на поприще борьбы с терроризмом, и проследить под этим соусом теневые финансовые потоки республики, ему в первую очередь следовало бы обратить внимание на то, что карачаевские районы давно уже превратились в оффшорные зоны, и вопросы налогообложения и сбора налогов стали главной головной болью налогового управления республики.
Именно это управление стало камнем преткновения обострившейся общественно-политической ситуации в республике. И все потому, что Ратмир Айбазов давно положил глаз (при том свой единственный) на эту должность для своей сестры. Не нравится Айбазову и то, что глава этого ведомства Руслан Казаноков черкес, а не карачаевец. Не нравится ему и то, что Р. Казаноков не хочет ложиться под них, а иногда еще и проявляет строптивый характер.

А то, что не нравится Айбазову, не нравится Эбзееву. И эта простая закономерность прослеживается во всех кадровых назначениях и политических начинаниях в КЧР. Но не дай Бог, чтобы налоговая служба республики стала карачаевской вотчиной! Вот тогда опасения Эбзеева примут реальные очертания. Ведь все громкие дела, как в республике, так и по всей стране в целом, связаны с деятельностью карачаевских подпольных террористических центров. А это уже не просто опасения, а реальная террористическая угроза.

Но за эффектной и вальяжной внешностью Б. Эбзеева скрывается … и нередко Б празднует труса. На совещании в Махачкале хорошо поставленным голосом Б. Эбзеев вдруг произнес: «У нас тут один молодой руководитель района, сукин сын, решил переименовать Хабезский район в Черкесский район…». Договорить он не успел. К нему повернулся Рамзан Кадыров и сказал: «У нас в Чечне за «сукина сына» раком ставят. А этот молодой человек – мой друг».

— Я беру свои слова обратно, — поспешил заверить присутствовавших на совещании Б. Эбзеев.
Как, в этой связи не вспомнить ставшее с его подачи крылатой фразой изречение «Джигит дал слово, джигит его и забрал». Невольно задаешься вопросом: а в сортир Борис Эбзеев ходит тоже с разрешения Рамира Айбазова, или хотя бы в этом он может проявить самостоятельность?

Михаил Тульский