Рамзан Кадыров больше не хочет именоваться президентом Чечни

Рамзан Кадыров больше не хочет именоваться президентом Чечни.

Он попросил парламент республики придумать для своей руководящей должности какое-нибудь другое название. Президент в едином государстве должен быть только один, пора прекратить парад региональных президентов — так объяснил Кадыров свою инициативу, проявленную прямо перед уходом в отпуск.

Кадырова попросили сыграть на опережение.

Может, он сам догадался.

И дело, конечно, не в том, что, ах, ах, ах, президент в России один, а мы все тут в регионах просто кто-нибудь, вроде губернаторов, глав республик, а то неудобно.

Для Кадырова, кстати, президент Путин, поменяв название, не перестал быть единственным и неповторимым президентом. А сам Кадыров, в отличие от великих пенсионеров Шаймиева и Рахимова, равнодушен к названию своей должности. Он Кадыров, как ни назови.

Так вот, не в церемониях дело, а дело в том, что последовательно уничтожается федерация.

От нее уже остались рожки республик да ножки договора. Ну и название «РФ».

Курс на унитарность стал абсолютно очевиден после Беслана, когда Путин использовал момент замешательства и отменил выборы губернаторов.

А что же Медведев?

А Медведев по всему, по словам и делам, убежденный сторонник унитарности. Именно убежденный, идеологический, а не прагматический. Он уверен, что Россией можно управлять только из одного центра.

Ну, уверен и уверен.

Вообще, в отличие от другого колеса тандема Медведев, юрист-цивилист, любит обосновывать идеологически существующую систему власти.

Делает это не так громко, задиристо и парадоксально, как Путин, пришивавший хвост назначений к кобыле терроризма, например, – но уверенно и последовательно.

Парадокс состоит в том, что Рамзан Кадыров озвучивает кремлевские планы именно в тот момент, когда жара и пожары высветили убожество и несостоятельность вертикали.

Нас десять лет пугают федерализмом как фактором развала России, феодальным бардаком из учебника Истории. Но именно учебник Истории открывает нам печальный итог унитарности, доведенной до идеала императором Николаем Павловичем. Прекрасная система приказов и отчетов, под недреманным контролем жандармского отделения рухнула от дуновения Крымской войны. Понятно, что причина поражения не в отсутствии нарезного штуцера, а в системе принятия решений.

Разрушение федерации – стратегическая ошибка.

Но это лето показало, что и с тактикой не всё в порядке. Тактика – сохранение формы власти, установленной нынешней командой. Команда объявляет себя эффективной, а потому власть свою считают прочной. Хотя держится команда у кормила не благодаря эффективности, а из-за инертности и пофигизма граждан.