«Любое проявление протестной активности в черкесском вопросе будет пресекаться в репрессивной форме»
Андзор Ахохов, устроивший «акцию молчания» 7 февраля на площади Марии в Нальчике («Газета Юга» №8), обвиняется в хранении боеприпасов.
Первый обыск проводился в доме Андзора Ахохова после его задержания в числе 30 участников акции протеста против игр в Сочи. Изъяли компьютеры, видеокамеры, флешки. А когда он публично рассказал о пытках током, которым он подвергся в процессе задержания, в его доме провели второй обыск. На этот раз изъяли три зарегистрированных охотничьих карабина, травматический пистолет, патроны и оргтехнику.
Через месяц изъятое вернули, но 40 патронов калибра 7,62, которые Ахохов, по его словам, приобретал в разное время в охотничьих магазинах, переквалифицировали в боевые.
Следственные органы возбудили дело по статье 222 УК РФ, дело передано в суд. Сам Ахохов считает, что все происходящее – следствие того, что он предал огласке методы работы силовиков с задержанными по административным правонарушениям: «На моем примере власть пытается продемонстрировать, что любое проявление протестной активности в черкесском вопросе будет пресекаться в репрессивной форме».
Ахохов прошел судебно-медицинскую экспертизу в Нальчике. В ней приводятся заключения врачей республиканской клинической больницы, куда его доставляла скорая помощь из спецприемника УВД Нальчика 11 и 13 февраля. Диагностированы черепно-мозговая травма головы, сотрясение, ушиб головного мозга.
В выводах БСМЭ отмечается тупая травма грудной клетки и перелом двух ребер: «…описанные телесные повреждения причинены действием твердых тупых предметов с ограниченной площадью воздействия, возможно, в срок и при обстоятельствах, изложенных Ахоховым».
Адвокат Ахохова обратился с заявлением в Следственный комитет, в котором требует привлечь к ответственности сотрудников Центра по противодействию экстремизму, применявших пытки.
Марианна Калмыкова
